Здесь учился Борис Ручьев

Сегодня утром мне прислали «В контакте» вот такое сообщение:

«Здравствуйте, Юрий! Опять к вам за помощью. Эти чиновничьи твари (не могу я назвать их людьми) замыслили уничтожить одну из исторических визиток Троицка - здание городского училища. Прочитал новость сейчас и слов нет. Отдали участок с обязательством сноса. Это же не избушка. Если это не наследие, то я не знаю, что им является. Четверть наследия в руинах, четверть уже под бульдозером. И допотопным зданиям в Троицке уж очень не везёт.»

Эмоциональное сообщение последовало после публикации фотографий в группе «Троицк» (соцсеть «В контакте») под названием  «Похоже, бывшее городское училище обретает новую жизнь.»

Это здание до 2018 года было под охраной государства и входило в перечень выявленных объектов культурного наследия. Но по заказу некой компании ООО «Альма» (454077,  г. Челябинск, ул. Мамина, д. 11, оф. 212) продажный  «чёрный» омский эксперт Сафаров сварганил совершенно халтурную экспертизу с рекомендацией об исключении этого здания из перечня охраняемых. 

Я тогда ещё был заместителем председателя общественного совета при госкомитете охраны ОКН Челябинской области и при поддержке большинства членов совета и троицких краеведов подготовил протест по акту экспертизы Сафарова:

Решение эксперта М.Ю. Сафарова о нецелесообразности включения объекта в реестр обосновывается якобы отсутствием его историко-культурной ценности. Эксперт также утверждает, что историко-культурная ценность объекта (предмет охраны) отсутствует, так как с градостроительной позиции здание не является сколько-либо важным композиционным элементом, поддерживающим исторически сложившуюся в дореволюционный период пространственно-планировочную ткань города. Эксперт мотивирует своё решение ещё и тем, что в архитектурно-художественном отношении здание не представляет ценности, а объемно-пространственное и композиционное решение здания в целом неуравновешенно и дисгармонично, при визуальном восприятии вызывает дискомфорт. Особенно странен вывод эксперта о том, что историческая и мемориальная ценность здания документально не подтверждаются. 

Следует обратить внимание на несоответствие описания объекта и выводов экспертизы. В частности, в описании указано, что здание фиксирует перекресток улиц, т.е. играет именно градостроительную роль, что отрицается в выводах. Отмечено, что разность объемов зданий обусловлена функциональными причинами, при этом оба здания имеют единое решение в материале, декоре и стиле, вероятно их одновременное или близкое по времени возведение, т.е. здания решены в ансамбле, что никак не может вызывать дискомфорта при восприятии (сама по себе такая формулировка недопустима, т.к. является субъективным оценочным суждением, а не научно обоснованным выводом). Отмечено, что стилевая принадлежность здания - эклектика, т.е. здание является характерным примером общественного сооружения эпохи эклектики, что уже является ценным. Лаконизм его облика (при этом описание композиционного и декоративного решения - на три страницы) является также примером решения такого типа здания как учебное заведение, которое подразумевает лаконизм и строгость, и в данном случае лаконизм - не минус, это не купеческий особняк, а плюс - т.к. показывает тип здания. Эклектика подразумевала принцип "умного выбора", т.е. декоративного решения в соответствии с типологией здания, для облегчения визуального разделения элементов усложнившейся городской среды, и это - принципиальная вещь для эклектики, возникшей на противопоставлении классицизму, где с колонными портиками и ордерным декором решались все типы зданий, включая бани и т.п. Это вообще-то элементарные "учебные" познания для историка архитектуры. Т.е. характерный пример эклектики и с точки зрения подхода к архитектурно-декоративному решению, а не только с точки зрения архитектурных деталей.

Я считаю, что эксперт Сафаров выполнил экспертизу формально. Автор ГИКЭ не понимает значения этих зданий для города Троицка. Он даже не упомянул. что в первом высшем городском училище работал инспектором (в современном понимании - директором) историк, этнограф, писатель А.И. Кривощёков (отец поэта Бориса Ручьева) и 2 года учился сам Б. Ручьев. Кроме того, это здание очень хорошо вписывалось и будет вписываться (после восстановления) в архитектурный ансамбль улиц Троицка.

Эксперт ссылается на работы Р. Гизатуллина, не находя в них подтверждений исторической и культурной значимости рассматриваемого объекта. Между тем, именно в публикациях Р. Гизатуллина, а также в статьях энциклопедии «Челябинская область» чётко показана историко-культурная ценность этого здания. Вот отрывок из основной работы Р. Гизатуллина, посвященной городским училищам:

«В последней четверти века в Казанском (самостоятельный Оренбургский был образован в 1875 г.) учебном округе, в т. ч. и в Троицке, расширялась сеть начальных школ. Основным их типом согласно «Положению о городских училищах ведомства Министерства народного просвещения» от 31.05.1872 г. являлись городские училища, пришедшие на смену уездным училищам…

В начале XX в. Троицк имел два таких училища, оба они были мужскими: Первое двух-, позже (с 1.07.1898 г.) - трехклассное, созданное 17.08.1882 г. путём преобразования уездного училища, и, открытое в 1907 г., «Второе городское четырехклассное и при нём рукодельный класс». Первоначально обе школы размещались в домах, арендованных городом у частных собственников…

В 1898  г., одновременно с изменением статуса, школа получила, наконец, собственное здание. Оно было построено из кирпича на углу Оренбургской (Большой) улицы и Соборного переулка, на месте, принадлежавшем уездному училищу. Здесь долгое время был пустырь, а до того деревянная церковь и, как полагал Г.Т. Аманацкий, старинное кладбище, времён ещё Троицкой крепости. Фронтон (большей частью двухэтажной) школы украсила выложенная из кирпича надпись «городское училище». Здание с высокими потолками, большими окнами и широкими коридорами являлось образцом с точки зрения школьной архитектуры. 

Немалая заслуга в этом принадлежит Почётному Смотрителю Троицкого двухклассного городского училища. Им был «неимеющий чина» (формально это была должность 8 класса) 63-летний Василий Алексеевич Афанасьев (один из компаньонов Г. Яушева ещё по строительству Торговых рядов). В своё время он окончил Шадринское уездное училище, смотрителем трудился с 4.03.1893 г., причём бесплатно, без жалованья, за труды имел золотую медаль для ношения на Станиславской ленте. Василий Алексеевич не ограничивался заботами только о городском училище. Он, будучи членом городской управы, успел активно поучаствовать в деле открытия приходского училища с приютом, гимназии, был казначеем и, соответственно, членом Троицкого отделения Оренбургского епархиального училищного совета, а также входил в состав уездного тюремного отделения при губернском тюремном комитете.

В начале XX века должность заведующего школой стала называться – учитель-инспектор. С 1916 г. инспектором 1-го высшего начального училища служил надворный советник Александр Иванович Кривощёков. Родился он в 1882 г. в казачьей семье станицы Звериноголовской (ниже приводится рассказ его деда об учёбе в гарнизонной школе Звериноголовской крепости). Александр Кривощёков всю жизнь упорно учился - после станичной школы он получил образование в 2-классном городском училище, 4.02.1903 г. экстерном сдал экзамен на звание учителя начального училища в Омской гимназии, а 15.11.1908 г. успешно выдержал испытания в Семипалатинской гимназии на звание учителя уездного училища по истории и географии. В 1910 г. Кривощёков сдал аналогичный экзамен на звание учителя уездного училища по русскому языку в Петропавловском реальном училище, а в 1916 г. окончил учительский институт. До Троицка Александр Иванович успел послужить учителем-инспектором Звериноголовского четырёхклассного городского училища. Педагогическую деятельность Кривощёков успешно сочетал с историко-краеведческими исследованиями. Он занимался историей и этнографией оренбургского казачества, опубликовал множество работ, в 1914 г., в знак признания заслуг, был избран действительным членом Оренбургской учёной архивной комиссии (ОУАК). Как пишет челябинский историк В.С. Боже, начавшаяся революция заставила его обратиться к общественной деятельности, тем более, что Кривощёков являлся членом очень модной тогда партии эсеров, а с 1915 г. находился под негласным полицейским надзором. Весной 1917 г. он создал Совет казачьих депутатов в Троицке и в августе возглавил его, был редактором троицкой газеты «Казачья мысль», на страницах которой излагал свои взгляды по самым острым вопросам переживаемой эпохи, размышлял о судьбах казачества. Станичники, выразив доверие, в сентябре 1917 г. делегировали его на общевойсковой казачий круг и избрали председателем Круга. Позже – в ноябре его избрали депутатом Всероссийского учредительного собрания по казачьему списку. Естественно, власть большевиков А.И. Кривощёков не принял, в 1918 г. состоял в Комуче, в 1919 г. вошёл в Сибирскую областную думу. Будучи природным казаком, активно поддержал Дутова, в 1918–1919 годах даже служил начальником осведомительного отдела штаба Оренбургской (белоказачьей) армии. После разгрома Белого движения не смог уйти в эмиграцию. Драматические события в судьбе России заставили его, в поисках ответов, обратится к Церкви. Приняв сан, Кривощеков служил в церквях Лейпцигской и Звериноголовской станиц. Был арестован, после освобождения, во время раскола в русской православной Церкви, поддержал обновленцев. Преследования заставили его отказаться от священнического сана и уехать в Киргизию, где в 1930-х гг. он продолжил свою педагогическую деятельность и даже стал «Заслуженным учителем Киргизской ССР». Умер А.И. Кривощёков в г. Фрунзе (Бишкек) в 1957 г. 

Но большинству земляков во времена СССР Александр Кривощёков был известен как отец известного советского поэта, «певца Магнитостроя», Бориса Ручьёва (1913 – 1973). По документам получается, что Борис Александрович родился, в Еткульской станице. Однако, по словам самого поэта, матушка, Евгения Лаврентьевна (урождённая казачка, она тоже была учительницей) произвела его на свет в Троицке 2 (15 по ст. ст.) июня 1913 г., а в Еткуле, где служил отец, он был лишь крещён… 

Известно, что в первой половине 1920-х годов мальчик учился в Высшем начальном городском училище Троицка. Судя по всему, до 1924 г. он жил с родителями в служебной квартире при училище (в восточной части здания), которая по тогдашней традиции предоставлялась заведующим школой, как и дрова и керосин для освещения (ещё раньше свечи).

26 декабря 1937 г. молодой талантливый поэт Б. Ручьёв («…мы жгли золотые костры на рыжих каменьях Магнитной горы…») был арестован в Златоусте, а 28 июля 1938 г. был осуждён выездной сессией Военной коллегии Верховного суда СССР на 10 лет лишения свободы по 58-й статье. Свой срок заключения наш земляк отбывал на полюсе холода, в якутском Оймяконе. Есть легенда, согласно которой Борис Ручьёв присутствовал при кончине Осипа Мандельштама, произошедшей 27 декабря 1938 г. (по новому стилю) в больничном бараке пересылочного лагеря под Владивостоком. Говорят, Осип Эмильевич умер на руках молодого коллеги по творческому цеху. По другой легенде, Ручьёв, находясь в лагерях, написал стихи, ставшие текстом песни «Ванинский порт» - гимна колымских зэка.»

Источники: Гизатуллин Р.Н. История здания городского училища//Газета "Регион", 22 октября 2015 г. №43 (981), С. 6; 

https://ru.wikipedia.org/wiki/Ручьёв,_Борис_Александрович;

Прокопенко З.Е. Ручьёв Борис Александрович//Челябинская область: энциклопедия. Т.5. Челябинск: Каменный пояс, 2006. С. 665;

Боже В.С., Шибанов Н.С. Кривощёков Александр Иванович//Челябинская область: энциклопедия. Т.3. Челябинск: Каменный пояс, 2004. С. 486.

Принимая во внимание вышеизложенное, я считаю, что мнение эксперта Сафарова об отсутствии у рассматриваемого объекта историко-культурной ценности, мягко говоря, ошибочно. В связи с этим решение эксперта о нецелесообразности включения данного объекта в государственный реестр совершенно необоснованно, и поэтому данную экспертизу необходимо отклонить, как формальную и низкокачественную.

Тем не менее, председатель госкомитета охраны ОКН ЧО А. Баландин проигнорировал наши доводы и одобрил экспертизу Сафарова.

Вскоре был издан приказ об исключении этого здания из перечня ВОКН.

Этот приказ в значительной степени повлиял на моё решение покинуть общественный совет. Может считать меня хвастуном, но в течение полутора лет (с декабря 2016 г. по май 2018 г.) совет активно действовал только благодаря моим усилиям. В течение последних трёх лет общественный совет существует лишь формально. 

По данным троицких краеведов и историков, здание не использовалось лет десять. Перед стадией заброшенности в нём располагался противотуберкулёзный диспансер, который перевели туда из деревянного особняка Яушевых (Октябрьская, 76) то ли после пожара, то ли из-за обветшалости старинного особняка. Недавно здание бывшего училища и территорию  купил частный предприниматель. В одноэтажной части планируется разместить цех металлоконструкций, а в 2-х этажной части здания — офисы. Утверждается, что проводили бактериологический  анализ, всё  в порядке - бактерий туберкулеза нет. 

Если предприниматель всё-таки сохранит внешний вид фасадов, то, может быть, это и к лучшему. 

23 апреля 2021 года. Фотографии Д. Белоусова: