yuvlatyshev wrote in arhistrazh

Category:

Здание, где работали Васильев Д.Е., Ломинский Г.П., Нечай В.З.

Здание, где работали Васильев Д.Е., Ломинский Г.П., Нечай В.З./Здание управления РФЯЦ-ВНИИТФ , Челябинская область, г. Снежинск, ул. Васильева, 13/бульвар Циолковского, 11 — выявленный объект культурного наследия (1958 г.). 

Январь 2020 года. Фото: Ю. Латышев
Январь 2020 года. Фото: Ю. Латышев
Местонахождение: Челябинская область, г. Снежинск, ул. Васильева, 13
Местонахождение: Челябинская область, г. Снежинск, ул. Васильева, 13
1960 год
1960 год

Дмитрий Ефимович Васильев родился в ноябре 1902 года в Суксунском заводе Пермской области. Отец был почтовым ямщиком, одновременно занимался сельским хозяйством. В 1913 году отец умер. Хозяйство перешло в руки старшего брата, который выгнал мать вместе с братом из дома, как вторую жену отца, не имеющую права на участие в хозяйстве. Брат умер тоже в 1913 году, хозяйство распалось. После смерти отца мать работала по найму прачкой, кухаркой и на других поденных работах, а Дмитрий учился в школе.

В 1918 году Дмитрий Ефимович поступил работать подручным слесарем в мастерские Суксунского механического завода. С этого же времени участвовал в политической деятельности группы большевиков завода, возглавляемой П.М. Маношиным. В апреле 1919 года в связи с приходом белых войск в Суксун Д.Е. Васильев вынужден был уехать из Суксунского завода. Он нанялся рабочим-монтёром в телеграфную колонну (ремонтная партия почтово-телеграфного ведомства). Первое время работал на ремонте телеграфной линии Кунгур — Бирск, с приближением фронта колонну перебросили на ремонт телеграфной линии Петропавловск — Акмолинск, где он работал до конца 1919 года. В начале 1920 года Д.Е. Васильев вернулся на Суксунский завод и продолжал работать монтёром, а с 1921 по 1924 гг. — линейным надсмотрщиком телеграфной линии.

В 1921 году Д.Е. Васильев вступает в комсомол и активно участвует в деятельности комсомольской организации. В 1924 году райком комсомола отозвал его для работы райполитпросвет-организатором Суксунского района. В 1925 году он назначен заведующим окрполитпросветом Кунгурского округа, а в 1928 году — заведующим окроно Кунгурского окрисполкома, одновременно состоял членом президиума горсовета и окрисполкома. В связи с ликвидацией округов был переведён в Уралоно, работал старшим инспектором политпросвета, заведующим массовым сектором и заместителем заведующего облоно. В 1931 году по партийному набору поступает учиться в Уральский индустриальный институт (в настоящее время УГТУ-УПИ им. Б. Н. Ельцина), на машиностроительный факультет. Во время учебы он активно занимается партийной работой и трижды избирается секретарем парткома института.

15 июля 1933 г. состоялся пуск гиганта тяжелого машиностроения — Уралмашзавода. В этом же году, перейдя на заочное отделение, Дмитрий Ефимович устраивается на работу на Уралмаш начальником отдела кадров. Здесь он проработал двенадцать лет. В 1936 году он оканчивает институт и получает квалификацию инженера-механика-технолога. Работая в должности начальника отдела кадров, Д.Е. Васильев попал по тем временам в очень неприятную ситуацию. В ноябре 1937 года первичной парторганизацией был исключён из партии за ошибки, допущенные при работе в отделе кадров. Но репрессий молодому специалисту удалось избежать. Свердловский горком ВКП(б) решение об исключении отменил, объявив строгий выговор за притупление бдительности.

Свою работу на заводе Дмитрий Ефимович продолжил на должностях мастера, работал заместителем начальника сборочного отделения механического цеха № 1 и заместителем начальника третьего участка сборочного цеха. В феврале 1939 года назначен начальником сбытового отдела. В сентябре 1939 года Д.Е. Васильева выдвигают начальником планово-производственного отдела, с 1940 года он — начальник производства, заместитель главного инженера, с ноября 1941 года — заместитель директора по корпусному производству, т.е., изготовлению корпусов для танков.

Родина высоко оценила его вклад в выполнение специальных заданий Государственного Комитета Обороны в годы Великой Отечественной войны. Он был награжден двумя орденами Ленина (1942, 1944), орденом Трудового Красного Знамени (1943) и орденом Отечественной войны 2 степени (1945).

В 1945 году Д.Е. Васильев переводится на работу на Омский танковый завод № 174 Министерства тяжелой промышленности и назначается главным инженером, а затем и директором этого завода. В этом же году постановлением Совета народных комиссаров (СНК) СССР ему присваивается воинское звание инженер-полковник. Однако проработал на этом заводе Дмитрий Ефимович только два года. В 1947 году в соответствии со специальным решением правительства, подписанным И.В. Сталиным, вместе с большой группой руководителей Уралмаша во главе с директором Б.Г. Музруковым был направлен в атомную промышленность и возглавил создание завода по производству ядерных зарядов, боеприпасов и специальных материалов (комбинат «Электрохимприбор», г. Свердловск—45/Лесной).

Создание завода №. 418 в городе Свердловск-45 велось по постановлению Совета Министров СССР от 6 июня 1947 года. Завод должен был осуществлять электромагнитное разделение изотопов урана. Перед Д.Е. Васильевым и научным руководителем проекта Л.А. Арцимовичем, по методу которого предстояло в промышленных масштабах получить уран-235, была поставлена чрезвычайно трудная и ответственная задача: за 2—2,5 года в тайге построить уникальный завод, аналогов которому еще не было. 

Быстрыми темпами на комбинате «Электрохимприбор» была создана и введена в эксплуатацию крупная установка СУ-20 для электромагнитного разделения изотопов. Её специальные магниты имели массу около 6000 т, а на изготовление разделительных камер пошло более 1000 т латуни. Первая продукция завода — обогащенный уран — была получена в декабре 1950 года и использовалась в ядерных испытаниях СССР 1951 года. Это был большой успех всего коллектива завода. В это время стало ясно, что газодиффузионная технология достаточно развилась, чтобы решить стоявшие задачи по производству оружейного урана, и в промышленном использовании электромагнитной технологии для его наработки нет необходимости. Осваиваемые одновременно в рамках Атомного проекта иные методы по разделению урана оказались более экономичными.

Руководство страны сразу же поставило перед предприятием еще более сложную задачу: требовалось получить легкий изотоп лития — литий-6, необходимый для создания термоядерного оружия. В сложившейся ситуации Лев Андреевич Арцимович предложил неординарное решение выхода из тупика, а директор, взяв на себя большую ответственность, поддержал ученого. Этот рискованный шаг был оправдан, что позволило к началу 1953 года наработать необходимое количество продукта, которое требовалось для создания и успешного испытания первой в мире водородной бомбы. Что и было сделано 12 августа 1953 года. За выполнение этого правительственного задания Д.Е. Васильев в 1953 году был удостоен звания лауреата Государственной премии, а в 1954 году награжден третьим орденом Ленина.

Д.Е. Васильев обладал качеством, крайне важным для администратора: он умел разбираться в людях. Хорошо разбирался в технике, особенно в области электрофизики. Быстро ориентировался в новых задачах, умел подбирать людей. Д.Е. Васильев имел за плечами опыт строительства больших современных объектов. 

Д.Е. Васильев был не только директором объекта. В отсутствие органов городской власти он занимался и вопросами строительства города, и всем беспокойным и многоплановым городским хозяйством. 

В 1955 году в биографии Дмитрия Ефимовича происходит крутой поворот.  Его направляют строить новый объект — НИИ-1011 (г. Челябинск-70/Снежинск), который предполагалось разместить недалеко от Челябинска-40, и назначают директором этого научного центра. И вновь все пришлось начинать с первого колышка. И здесь вновь проявились все его человеческие качества. В Челябинске-70 он проработал до конца своих дней. 

Дмитрий Ефимович прекрасно понимал, какого напряжения умственных и физических сил стоили инженерам, научным работникам, конструкторам, технологам и рабочим труды над созданием новейших образцов техники вооружения. Ощущая необходимость своевременной нагрузки, он постоянно организовывал коллективные выезды на природу, выступая при этом в роли затейника всевозможных игр, импровизированных футбольных состязаний, соревнований по рыбной ловле, по варке коллективной ухи на костре и устройству большого семейного обеда на лоне природы... 

Стрессовые состояния, психологические перегрузки, связанные с высокой ответственностью, лежавшей на его плечах, дорого обходились Д.Е. Васильеву. К моменту назначения на должность директора института Дмитрий Ефимович был уже серьезно болен: 31 декабря 1957 года он перенес инфаркт. Врачи рекомендовали ему щадящий режим работы. Но это было не в его характере.

8 марта 1961 года горожане праздновали Международный женский день. Был с ними и Дмитрий Ефимович. Он объезжал все городские организации, поздравлял женщин с праздником. Отпустив водителя, сам сел за руль. В этот момент его и застала смерть. Прах Д.Е. Васильева захоронили в г. Москве на Ваганьковском кладбище.

В 1961 году в его честь в Снежинске названа улица, на доме, где жил Дмитрий Ефимович, установлена мемориальная доска. В 1962-м имя Д. Е. Васильева было занесено в Книгу трудовой славы города, в 1967-м появилась мемориальная доска и на здании управления института. 

В 1969 году решением комитета по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР безымянная вершина Памира в верховьях ледника Федченко (6100 м над уровнем моря), на которую в 1967 году совершила восхождение группа снежинских альпинистов, стала именоваться пиком Васильева, а в 1999-м в РФЯЦ-ВНИИТФ учреждена премия имени Дмитрия Ефимовича, которая вручается лучшим работникам института.

23 ноября 2002 года в городе Лесном были торжественно открыты две мемориальные доски. Тогда же в новом микрорайоне там появилась улица Васильева. В Снежинске в этот же день открывали памятник Дмитрию Ефимовичу. Собственно, памятником первому директору стал сам город. С беседкой, построенной по его инициативе на берегу озера Синара в 1959 году и ставшей своеобразным архитектурным символом наукограда. С бульваром Циолковского, засаженным под его руководством молодыми яблонями... И с красивым названием «Снежинск»... Рассказывают, что придумал его именно Дмитрий Ефимович, когда на одном из совещаний осенью 1956 года взглянул в окно, за которым пролетали крупные хлопья снега.

Георгий Павлович Ломинский родился 23 апреля 1918 года в г. Казатин Винницкой области Украины в семье железнодорожного кондуктора Павла Васильевича Ломинского. Мама, Варвара Мироновна, домохозяйничала и растила детей. У Георгия было три сестры. Варвара Мироновна, окончившая гимназию и получившая приличное образование, оказала большое влияние на формирование духовного мира детей. Все четверо стали большими любителями книг.

После окончания средней школы в Казатине Георгий Павлович поступил на машиностроительный факультет Киевского индустриального института (впоследствии Киевский политех) и проучился там три года (1935—1938 гг.). Учёба давалась ему довольно легко. Ещё в школе он получал высшие оценки; как тогда писалось в дневнике, знания его оценивались словами «дуже добре». И в школе и в институте его увлекала авиация. Так случилось, что в парашютный кружок он записался вместе со студенткой Екатериной Алексеевной Феоктистовой, впоследствии работавшей во Всесоюзном НИИ приборостроения (РФЯЦ-ВНИИТФ) под руководством директора Г.П. Ломинского. На военной кафедре Киевского института он занимался в танковом батальоне и там  был в одном экипаже вместе с будущим заместителем главного конструктора КБ-11 (РФЯЦ-ВНИИЭФ) Давидом Абрамовичем Фишманом.

В 1938 году в Киеве работала комиссия по подбору лучших студентов в высшие военные училища. Из трёх вариантов: Ейская школа морских лётчиков, Военно-воздушная инженерная академия им. Н.Е.Жуковского и Артиллерийская академия Красной Армии Г.П. Ломинский выбрал артиллерию. 

В сентябре 1938 года Георгий Павлович был зачислен на 3 курс академии. Как человек исключительных душевных качеств, любимый и уважаемый однокурсниками за настойчивость, ответственность, жизнелюбие и отзывчивость, он стал душой кампании.

В мае 1941 года, получив специальность военного инженера-механика, в числе других выпускников Георгий Павлович был приглашён на правительственный приём, где с 40-минутным докладом выступил Сталин, напутствовавший молодых офицеров. Георгий Павлович, окончивший Академию с отличием, с учётом темы дипломной работы был направлен на научно-исследовательский полигон стрелкового и миномётного вооружения (подмосковное Щурово). Работал инженером, начальником отдела, начальником гранатно-минометного отделения. Участвовал в испытаниях и отработке различного вооружения, разработал РПГ-1. Выступал экспертом по стрелковому оружию.

С приближением фронта было принято решение об эвакуации полигона на Урал и осенью 1941 года Георгий Павлович вместе с молодой супругой оказался в Чебаркульском районе Челябинской области, от которого до будущего Уральского ядерного центра всего-то пару сотен километров.

Весной 1942 года полигон вернулся в Подмосковье. Здесь Г.П. Ломинский продолжил заниматься гранатно-миномётным вооружением и ему, больше чем кому бы то ни было, довелось испытать гранат, из-за чего произошла частичная потеря слуха.

В 1947 году он был приглашен в ЦК ВКП(б), где с ним побеседовал «некто по фамилии Щёлкин», предложивший новое секретное место работы. Так произошла первая встреча Георгия Павловича с будущим членом-корреспондентом Академии наук, трижды Героем Социалистического Труда Кириллом Ивановичем Щёлкиным. И в феврале 1948 года Георгий Павлович прибыл в КБ-11, как он сам говорил, «для дальнейшего прохождения службы».

Ему была поручена организация взрывных работ на испытательных площадках, с чем он умело справился. Уже через год испытательные полигоны работали как хорошо отлаженный механизм.

Шла активная подготовка к первому отечественному ядерному испытанию. В июле 1949 года Г.П. Ломинский в составе экспедиции КБ-11 прибывает на Семипалатинский полигон. Здесь ему предстояло участвовать в заключительных операциях по установке и снаряжению испытываемого устройства на башне опытового поля.

Ранним утром 29 августа заряд поднимается на башню и в 5 часов начинается его снаряжение капсюлями-детонаторами (КД). Операцией руководит Кирилл Иванович Щёлкин, контролируют работу А.П. Завенягин и А.С. Александров. Первую полюсную пробку с КД вставляет К.И. Щёлкин, далее снаряжение проводит Г.П. Ломинский, ему помогает С.Н. Матвеев. После завершения операции люди покидают башню, закрывая входную дверь на замок. Ключ от этого замка Георгий Павлович забрал с собой и теперь он находится в музее ядерного оружия РФЯЦ-ВНИИТФ вместе с таким же ключом от другой башни, на которой испытывался первый термоядерный заряд СССР (12 августа 1953 г.). В этом испытании Георгий Павлович также участвовал и закрывал дверь башни на замок. Оба ключа он хранил у себя на работе, а после организации музея они стали его историческими экспонатами.

В КБ-11 Г.П. Ломинский работал до 1955 года — года организации нового ядерно-оружейного объекта НИИ-1011. В переходный период 1955—58 гг., работая в НИИ-1011, Г.П. Ломинский находился в КБ-11. Это объяснялось неполной готовностью производственных и жилых зданий нового объекта. В 1958 года Георгий Павлович приезжает на Урал, в НИИ-1011, где ему предстоит работать ещё 30 лет. До 1964 года Георгий Павлович занимал ряд ключевых должностей в институте: и.о. директора, главный инженер предприятия, заместитель главного конструктора — начальник испытательного сектора, первый заместитель директора.

После ухода с поста директора Бориса Николаевича Леденёва директором института 20 ноября 1964 года был назначен Г.П. Ломинский. Его умения, знаний и таланта вполне хватило для нормальной работы такого крупного предприятия как ВНИИП, для обеспечения баланса трёх составляющих деятельности института: науки, производства, обеспечивающих служб.  За высокие достижения в разработке ядерных боеприпасов и оснащении ими Вооружённых Сил ВНИИТФ в 1966 году был награждён орденом Ленина, а в 1980 году — орденом Октябрьской Революции.

Постоянное внимание Г.П. Ломинский уделял развитию социальной инфраструктуры. В то время ВНИИТФ имел неофициальное название — «хозяйство Ломинского».  В институте и городе, где Георгий Павлович считался отцом родным, он пользовался непререкаемым авторитетом. 

Беззаветное служение Г.П. Ломинского своей Родине высоко оценено государством. Георгий Павлович был лауреатом Ленинской (1962), Сталинской (1951) и Государственной (1979) премий, награждён орденами Ленина (1950, 1966), Октябрьской Революции (1971), Красной Звезды (1944, 1978), Трудового Красного Знамени (1951, 1953, 1961), имел воинское звание генерал-лейтенанта-инженера. Почетный гражданин города Челябинск-70 (1975).

Умер Георгий Павлович 17 июня 1988 года. Похоронен в Москве на Кунцевском кладбище.

Одна из улиц г. Снежинска носит его имя, детский лагерь на берегу озера Сунгуль, в организации которого Георгий Павлович сыграл главную роль, назван его именем.

Владимир Зиновьевич Нечай родился 5 мая 1936 года в Алма-Ате Казахской ССР, куда направили на работу его родителей после окончания Московского института народного хозяйства им. Плеханова. Его отец, Зиновий Степанович, был родом из семьи кубанского казака. Окончив школу с медалью, Володя уехал в Москву к отцу и поступил в МИФИ.

В 1959 году он окончил Московский инженерно-физический институт по специальности «теоретическая ядерная физика», и получил распределение в НИИ-1011, где ранее он в теоретическом отделении выполнял дипломную работу.

Начав работу в теоретическом отделении с должности инженера, В.З. Нечай в 1962 году стал старшим инженером. На свое первое испытание Владимир Зиновьевич Нечай попал еще в 1961 году — это было первое подземное испытание ядерного оружия на Семипалатинском полигоне. В этот период под руководством заместителя научного руководителя ВНИИТФ Ю.А. Романова он участвовал в фундаментальных научных исследованиях и в разработках конкретных образцов ядерного оружия, став первопроходцем исследований рентгеновского излучения ядерного взрыва: от расчетного изучения характеристик рентгеновского излучения и его действия до постановки и проведения специальных физических опытов по экспериментальному исследованию этого воздействия. В 1964 году В.З. Нечай в составе творческого коллектива был удостоен Ленинской премии за исследования поражающего действия мягкого рентгеновского излучения ядерного взрыва. Он стал первым в СССР лауреатом столь престижной премии в комсомольском возрасте.

В 1965 году В.З. Нечая назначают руководителем группы научно-теоретического отделения, а в 1967 году — начальником отдела научно-теоретического отделения. Полученные им научные результаты легли в основу его кандидатской диссертации, которую он успешно защитил в 1966 году.

Научно-технические работы, выполненные им и под его руководством в 1960-1970 гг., относятся к исследованиям поражающего действия ядерного взрыва. Им были предложены и реализованы в подземных облучательных физических опытах основные концептуальные решения по устройству ядерных зарядов-облучателей, по изучению физики воздействия проникающих излучений на исследуемые образцы техники, разработке технических средств повышения стойкости.

Владимир Зиновьевич стал одним из авторов знаменитого эксперимента ФО-42, нацеленного на исследование поражающего действия высотного ядерного взрыва средств противоракетной обороны на боеголовки ракет и военно-космическую технику.

Работа по проведению эксперимента велась несколько лет. В конце марта 1969 года состоялось выездное заседание НТС института, на котором обсуждалась редакция ФО-42, после чего научный руководитель ВНИИТФ Е.И. Забабахин дал добро на проведение опыта.

Первый опыт ФО-42-1 в середине января 1971 года оказался неудачным из-за отказа одного из узлов. 16 августа 1972 года был проведен повторный эксперимент ФО-42-2. После лабораторного исследования контейнеров с облученными в опыте образцами снаряжения и аппаратурой боеголовок подтвердились все предсказанные эффекты. Было ясно, что решение, как построить защиту боеголовок, найдено. После возвращения из Москвы с НТС, где докладывались результаты ФО-42-2, Е.И. Забабахин предложил В.З. Нечаю срочно подготовить к защите докторскую диссертацию, которую он успешно защитил в 1973 году.

Ракетчики конструкторского бюро В.П. Макеева после обсуждения вариантов защиты корпуса боеголовки и снаряжения, предложили ему совместно с ними оформить заявку на изобретение. В.З. Нечай категорически отказался и сказал, что оформление изобретений теоретиками не приветствуется Е.И. Забабахиным. Вскоре ракетчики сообщили, что получили авторское свидетельство. А В.З. Нечай так никогда и не оформил ни одного авторского свидетельства на многие свои яркие идеи и технические решения. В дальнейшем в отделе В.З. Нечая была создана надежная инженерная система, позволяющая проводить исследования образцов военно-космической техники в условиях, имитирующих действие высотного термоядерного взрыва.

Напряженная работа в тот период отразилась на здоровье Нечая. Он попал в больницу, диагноз был непростой. В дальнейшем ему пришлось следить за диетой, что в полигонных условиях всегда было проблемой.

23 августа 1975, после проведения опыта ФО-42-4 и всей серии опытов было показано, что в СССР достигнут определенный уровень стойкости конкретного вида боеголовки к воздействию поражающих факторов высотного ядерного взрыва средств ПРО, который обеспечен комплексом технических мероприятий, позволяющих гарантировать его сохранение в боевой обстановке во всем периоде жизненного цикла оружия.

5 ноября 1975 года поступила телеграмма от Е.П. Славского с поздравлением институту и коллективу авторов в связи с присуждением Государственной премии СССР «за комплекс специальных физико-технических исследований». Так была названа работа в официальных документах. Одним из её лауреатов стал и В.З. Нечай.

Заряд, который успешно прошел проверку в составе боеголовки в ФО-42-4, был поставлен на вооружение в знаменитый ракетный комплекс СС-20. Он был широко развернут на последнем этапе противостояния Западу, а затем ликвидирован по договору с США вместе с ракетами «Першинг».

В 1980-е В.З. Нечай внес существенный вклад в создание ядерных зарядов высокой удельной мощности для оснащения систем оружия армии и флота. Важным направлением его научной деятельности была разработка зарядов для разделяющихся головных частей на основе нового принципа. Результатом явилось создание поколения боеприпасов с высокими удельными характеристиками, составивших основу ядерного вооружения ВМФ России. 

Талант В.З. Нечая проявлялся в различных областях. Он мог отремонтировать цветной телевизор, сам выполнял довольно сложный ремонт старой «Волги». 

В.З. Нечай занимался и преподавательской деятельностью, читая лекции на кафедре общей физики МИФИ-6. В 1987 году ему было присвоено звание профессора.

В 1987 году В.З. Нечай становится первым заместителем директора. У Г.П. Ломинского была целая программа подготовки Владимира Зиновьевича к нелегкой должности директора, но уже в марте 1988 года, в результате тяжелой болезни Георгия Павловича, В.З. Нечаю пришлось брать бразды правления в свои руки. Он начал свою деятельность в роли директора столь успешно, что уже во второй половине 1988 года, после преждевременной кончины Г.П. Ломинского, единогласно был выбран трудовым коллективом института на должность директора.

В.З. Нечай стал директором в трудный период истории РФЯЦ-ВНИИТФ. В условиях резкого сокращения государственного финансирования, оборонного заказа, принудительной конверсии, мораториев на ядерные испытания ему удалось сохранить коллектив института, его научный потенциал, продолжить и развить работы по созданию российского ядерного оружия.

В начале 1990-х годов Снежинск, целиком зависевший от оборонного заказа, оказался в сложнейшем финансовом кризисе. Люди, жизнь свою положившие на безопасность страны, оказались брошены страной на произвол, месяцами не получали зарплату, перешли на карточную систему, не могли отправить детей отдыхать, падали в голодные обмороки на рабочих местах. Специалисты ядерного центра потеряли путеводную нить — они не знали, для чего теперь существуют… Владимир Нечай, избранный всем коллективом, ничем коллективу помочь не мог…

Конечно, он не сидел на месте. Каждая поездка в Москву оборачивалась тяжелыми встречами с людьми, которые словно разучились слышать. В ответ ему кивали головой — и ничего не предпринимали. Владимир Нечай из ученого превратился в жалкого просителя. После очередной бесплодной поездки в Москву, 30 октября 1996 года, он не выдержал и достал пистолет. В посмертной записке написал: «Прошу провести поминки за счет не выданной мне зарплаты…»

Выстрел в Снежинске потряс всю Россию. Таким трагическим способом Владимир Зиновьевич напомнил власти, что в небольшом городке Снежинске впроголодь живут люди, которые обеспечивают безопасность страны. С этого выстрела начнется «возвращение» ядерного центра.

В.З. Нечай состоял председателем диссертационного совета ВНИИТФ по защите докторских диссертаций, членом научно-технического совета Минатома РФ. Он — действительный член Международной академии информатизации (1994 г.), АН экологии и безопасности жизнедеятельности (1995 г.). Лауреат Ленинской (1964 г.) и Государственной СССР (1975 г.) премий. Награжден орденом Дружбы народов (1984 г.), медалями Федерации космонавтики им. акад. В.Н. Челомея (1989 г.) и В.П. Макеева (1992 г.). Ему присвоено звание «Заслуженный деятель науки и техники» (1996 г.).

С 1998 года лучшие работы молодых сотрудников РФЯЦ-ВНИИТФ в области теоретической физики отмечаются премией им. В.З. Нечая. Одна из новых улиц Снежинска названа его именем.

Фотографии Ю. Латышева, январь 2020 года:

Источники: http://www.biblioatom.ru/founders/vasilev_dmitriy_efimovich/;

http://www.biblioatom.ru/founders/lominskiy_georgiy_pavlovich/;

http://www.biblioatom.ru/founders/nechay_vladimir_zinovevich/

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic