yuvlatyshev (yuvlatyshev) wrote in arhistrazh,
yuvlatyshev
yuvlatyshev
arhistrazh

Categories:

Здание госпиталя, нач. XIX в.

Здание госпиталя, нач. XIX в. (г. Касли, ул. Коммуны, 59) - объект культурного наследия федерального значения (1830).







Местонахождение: г. Касли, ул. Коммуны, 59

Каслинский завод был начат строительством в 1746 г. (официальная дата основания завода – 1747 г., но, согласно документам, уже в 1746 г. Я. Коробков начал работы). В 1751 г. Каслинский завод был выкуплен у Коробковых Н.Н. Демидовым. В 1806 г., после смерти его сына, Н.Н. Демидова, завод (вместе с Кыштымскими) перешел по наследству к племяннику последнего – П.Г. Демидову, который и продал их в 1809 г. купцу 1-й гильдии Льву Расторгуеву. За два года (1808 – 1809) Л.И. Расторгуев купил четыре завода: Нязе-Петровский, Каслинский, Верхне-Кыштымский и Нижне-Кыштымский. Кроме этих заводов, Л.И. Расторгуев купил Шемахинский, построенный Н. Н. Демидовым рядом с Сорокинской пристанью на р. Уфе. Таким образом, он собрал все заводы Н. Н. Демидова в свои руки. Именно в Каслинском заводе находилась главная контора вновь образованного Кыштымского горного округа (Главная Каслинская заводская контора), по крайней мере, до 1828 г. – рапорты этого года наследникам Расторгуева всё еще направлялись из Главной Каслинской заводской конторы. В Кыштымский завод канцелярия была переведена уже после смерти Л. Расторгуева, при его наследницах, Е.Л. Зотовой и М.Л. Харитоновой, когда фактическим управляющим Каслинским и Кыштымскими заводами стал Г.Ф. Зотов, но точная дата неизвестна. В период управления Г. Ф. Зотова (1823 – 1837) были построены новые корпуса в Кыштымском и Каслинском заводах. Перестраивалась и с обеих сторон обкладывалась «мягким каганским камнем» плотина от прореза кричного действия до понурного моста; по новой тесом обшивались лари для пропуска воды; перекрывались крыши кузнечной и слесарной фабрик и т.д. Одновременно с перестройкой завода в поселке продолжалось кирпичное и каменное строительство. Были построены заводская контора, господский дом и заводской госпиталь.

Строительство госпиталей в первой половине XIX в. было общим явлением для городов-заводов Российской империи и Урала в частности. Госпитали (или больницы) существовали в заводских поселениях и до этого, но размещались обычно в деревянных домах. В первой трети XIX в. происходит переосмысление подходов к строительству госпитальных зданий. В этот период фактически формируется центральная часть большинства заводских поселений в том виде, который и позволяет говорить о них, как о «городах-заводах», разумеется, наряду с их административно-хозяйственными функциями. И в формировании архитектурного облика этого пространства, наряду собственно заводскими строениями и конторой, важную роль играло здание госпиталя. Госпитальные комплексы в этот период были построены, например, в Нижне-Тагильском, Воткинском, Режевском, Нижне-Туринском и Верхе-Туринском, Верх-Исетском, Верхне-Кыштымском заводах. Здания больниц и прочих «богоугодных заведений» располагались, как правило, на городской периферии, что было обусловлено санитарными требованиями. Лечебный корпус с флигелями, связанными переходами – типичное планировочное решение госпитальных зданий первой трети XIX в. Р.М. Лотарева также отмечает, что для заводских госпиталей Урала, построенных в этот период, были характерны «трехчастная схема деления комплекса зданий – центральный объем и два флигеля; глубокий курдонер со стороны лицевого фасада (обычно по оси центрального комплекса); с тыльной стороны комплекса размещался хозяйственный двор с постройками, скрытыми за оградой». Однако подобное решение не являлось обязательным и единственным, характерными были и госпитали в одно здание, но с сохранением трехчастного членения, связанного как функциональными потребностями, так и с господствовавшими в первой половине XIX в. классицистическими композициями (к примеру, госпиталь в Сысертском заводе (1833)). Выбор этажности и планировочного решения здания был, очевидно, связан с финансовыми возможностями того или иного завода.

Первым этапом строительства каслинского госпиталя можно предполагать середину 1820-х гг., когда с приходом Г. Ф. Зотова в заводе началось активное строительство и, вероятно, был заказан проект госпитального здания . По архивным данным, в 1827 г. лазарет уже действовал . Первоначальная объемно-планировочная структура госпитального здания точно неизвестна. Согласно архивным документам в 1828 г. была произведена достройка первоначального здания. В рапорте приказчиков Каслинского завода наследницам Л. Расторгуева от 21 июля 1828 г. сообщалось: «Нижегородские каменщики на минувшей неделе к работе приступили, которыми выкопанные для куфни и прибавки к лазарету комнат, канавы камнем забутили, класть стены комнат назначенных спереди начали» . В следующем рапорте сообщалось: «Кладка лазарета производитца, людей находитца при оном: нижегородских каменщиков 4, да из здешних каслинских при воски припасов песку, извести и камня, 6 человек. Через неделю: «…складено – два спереди крыльца и для комнат фунтаменты. На сей неделе тоже будут заниматься кладкою фунтамента с задней стороны лазарета». Сообщалось и о том, что пущена пильная мельница, на которой будет готовиться тес для пола и потолков в лазарете . Уже 27 августа 1828 г. приказчики сообщали, что «Каменною кладкою пристройка лазарета производится и одна с наружной стороны комната кладкою окончена, и ныне каменщики занимаютца тоже окончательною кладкою спереди другой комнаты». 17 сентября: «При лазарете каменная кладка продолжается, сзади первая пристраеваемая комната кончена, а на сей неделе по сломании у флигеля над банею верха начали класть с палатечной стены, с новою пристройкою». По ходу работ в пространство нового здания был включен корпус старой бани, в котором сломали внутренние стены (или часть стен), в результате чего получилось две палаты из пространства старой бани (одна палата) и вновь возведенных стен. Ко 2 ноября госпиталь покрыли листовым железом. К 2 декабря была завершена настилка полов и приступили к отделке стен и остеклению окон , при этом для остекления окон в госпитале было запрошено 10 ящиков стекол. 23 декабря 1828 г.: «в госпитале вольными людьми щекотурка палат окончена совершенно, теперь будут щекотурить колидор, которой и начали решетить. О первоначальной объемно-планировочной композиции и характере ее трансформации в результате перестройки, на основании этих косвенных данных, точно судить невозможно. В любом случае, учитывая данные архивных документов, можно утверждать, что постройка госпиталя была завершена в 1830 г.

Неизвестен также и архитектор постройки, который, вероятно, был связан с управленческими органами, которым подчинялся Каслинский завод. В 1806 была учреждена должность Пермского и Вятского генерал-губернатора, которому был поручен надзор над горными заводами. В 1806 – 1826 гг. конкретное руководство ими осуществлялось Пермское горное правление. В 1826 г. горное правление было переведено в Екатеринбург и в 1831 г. было переименовано в Уральское горное правление, просуществовавшее до 1917 г., а также была учреждена должность Главного горного начальника заводов Хребта Уральского. В плане административно-территориальном с 1781 г. Каслинский завод относился к Екатеринбургскому уезду Пермской губернии. Соответственно, в плане застройки, планировки, новых проектов владельцы завода должны были согласовывать решения с уездным архитектурным руководством. В Екатеринбургском уезде в это время не было должности архитектора, но эти функции выполнял архитектор ведомства Екатеринбургских заводов. На уральских горных заводах должность архитектора была учреждена только в начале XIX в. в результате горной реформы 1806 г. Строительство в горнозаводских поселениях было выделено в специальную часть горной администрации и было поставлено под руководство и контроль специалистов-архитекторов, в чьи служебные обязанности входила задача не только проектировать, но и утверждать проекты и надзирать за строительством. С должностями архитекторов заводов, как правило, совмещали свои обязанности архитекторы Уральского горного правления и округов. В первой половине XIX в. на Урале работала плеяда талантливых архитекторов – выпускников С.-Петербургской академии художеств (Комаров А.3., Луценко К.А., Подъячев И.М., Малахов М.П., Чеботарев А.П., Дудин С.Е, Тележников Ф.А., Свиязев И.П.), которые привнесли в уральскую архитектуру язык русского высокого классицизма. С февраля 1815 г. архитектором Екатеринбургских заводов, а с 1832 г. – главным архитектором Горного правления, был М.П. Малахов.

Отдельно необходимо упомянуть развитие каслинского литья, поскольку чугунные декоративные элементы, решетки, ограды и т.д. были важной частью декора зданий уральских поселений-заводов уже в XVIII в., а к середине XIX в. в Каслинском заводе использовались изделия уже собственного, каслинского, чугунного литья и ковки. Развивается каслинское литье как своего рода «конверсия» - после окончания войны 1812 г. сокращается потребность в вооружении и начинается частичная перепрофилировка завода на изготовление художественного литья. Постоянное производство опойчатой чугунной посуды началось с 1815 года, однако становление художественного литья на Каслинском заводе связано с деятельностью Г. Ф. Зотова. В 1824 году он начал внедрение на заводе немецкой технологии художественного литья. В качестве первых образцов каслинцы использовали немецкие отливки, привезенные Г. Ф. Зотовым из Берлина, где он побывал в 1820 году, в поездке по металлургическим заводам Пруссии, а также художественное литье бронзолитейной мастерской Верх-Исетского завода. Однако до 1840-х годов XIX в. на заводе не было серийного производства художественного литья. Мелкосерийное производство художественных отливок началось в 1844 г. и окончательно установилось к 1845 – 1846 гг. В контексте данного исследования важно, что одновременно с отливкой скульптуры малых форм на заводе производилась садово-парковая мебель (диваны двух-, четырехместные, чугунные кресла), с 1840-х гг. был расширен ассортимент печных принадлежностей и прочих изделий, в том числе чугунных плит для пола ("половые достки"). Процесс становления промышленного производства художественного литья в Каслинском заводе растянулся с 1844 года до начала 1850-х годов. В 1870-е гг. определяются главные направления в каслинском литье («кабинетное», мемориальное, архитектурное и бытовое). Коллекция художественных моделей увеличилась со 122 наименований в 1876 г. до 218 в 1887 г. К концу XIX в. Каслинский завод уже поставлял широкий ассортимент декоративной чугунной посуды, кабинетной скульптуры, садово-парковой мебели и различных элементов ландшафтного оформления: столбов, столбиков, решеток, оград и т.д. Применение чугунного литья для отдельных декоративных или функциональных архитектурных элементов (ограды, крыльца и др.) в 19 в. стало характерной особенностью жилой и общественной архитектуры уральских поселений-заводов и горнозаводских центров.



В.Л. Метенков. Каслинский госпиталь. Фото конца ХІХ в.
(Из фондов Каслинского историко-художественного музея)


Здание госпиталя является одной из самых ранних каменных построек поселения-завода Касли. Здание находится в исторической части города, на перекрестке совр. ул. Коммуны и ул. Революции, расположено на возвышенности и доминирует над окружающей застройкой. Госпиталь изначально был построен на восточной границе города, вблизи первого городского православного кладбища (закрыто в 1848 г.) и улица, на которой он был построен, носила соответствующее название Лазаретская. В середине 19 в. здание госпиталя стало частью нового общественного центра (совр. район перекрестка ул. Ленина и ул. Коммуны), разместившегося у церкви Вознесения Господня (1842–1852, арх. Х. Сарториус) и Никольской церкви (1856–1861), в непосредственной близости от которых стоял и госпиталь. Здание было обращено главным фасадом к базарной площади и замыкало ее с востока, доминируя над обширным открытым пространством.

На территории госпиталя к моменту завершения его строительства, как показывает чертеж из атласа Каслинского завода 1840 г. , располагались собственно госпиталь и Т-образный служебный флигель к востоку от него. Здание госпиталя имело Н-образный план, с вытянутой горизонтальной перекладиной, выступающей за линию вертикальных осей. Здание вытянуто по оси север-юг, по красной линии застройки ул. Коммуны и обращено к ней лицевым фасадом. Первоначальный абрис здания искажен позднейшей, прямоугольной в плане, пристройкой в восточном углу, чьи границы включены в общую линию дворового (восточного) и торцевого (северного) фасадов.



Заводской госпиталь. План. Фасад. (Атлас Каслинского завода. 1840)



С.М. Прокудин-Горский. Панорама Каслей. На дальнем плане правее (юго-западнее) Вознесенского храма – здание госпиталя, доминирующее над базарной площадью (выделен рамкой). Фото 1909 г.

Здание 1-этажное с цоколем, поставлено на ленточном бутовом фундаменте, выстроено из бутового камня (цоколь) и полнотелого глиняного кирпича (стены), оштукатурено и окрашено. Цокольный этаж имеет разную высоту, что связано с особенностями залегания грунтов и соответствующими вариациями отметок подошвы фундамента . Соответственно, в цокольном этаже исторически функционально использовались помещения лишь под фланговыми объемами – для кладовой (южный фланг) и, вероятно, теплого нужника (северный фланг). Перекрытия цокольного этажа деревянные, балочные; во фланговых, объемах – кирпичные сводики по металлическим балкам. Чердачное перекрытие балочное, деревянное. Крыша стропильная многоскатная (двускатная над поперечными объемами и повышенным объемом центральной части, вальмовая над фланговыми объемами), кровля фальцевая, из оцинкованных металлических листов по деревянной обрешетке.

Историческая объемно-пространственная композиция имеет симметричное центрально-осевое построение. Протяженный, прямоугольный в плане корпус основного здания пересечен двумя поперечными прямоугольными объемами, центральная поперечная ось акцентирована повышенным объемом, имитирующим мезонин. За исключением этого повышенного объема и углового пристроя, здание подведено под единый карниз.

Композиция лицевого (западного) и дворового (восточного) фасадов исторически решена идентично – на основе осевой симметрии и зеркального подобия, что нарушено со стороны дворового фасада поздним пристроем. Центральная вертикальная ось этих фасадов выделена четырехколонными портиками тосканского ордера, повышенными относительно основного объема и поднимающимися на высоту ложного мезонина. Колонны несут неполный антаблемент с гладким архитравом и карнизом. Портик завершен треугольным фронтоном, образованным скатами кровли «мезонина», с гладким тимпаном. Карнизы портика и фронтона слабо профилированные, на лицевом фасаде – с мутулами. Стена портиков на высоту основного корпуса составляет единую плоскость с общей фасадной стеной и архитектурно объединена с ней профилированными тягами. Средняя часть стены раскрепована, и в ней размещен прямоугольный дверной проем, на главном фасаде – с декоративным штукатурным веерным замком над ним. Проем фланкирован высокими прямоугольными окнами без обрамлений. В заглубленной относительно общей фасадной плоскости стене ложного мезонина прорезаны три небольших арочных окна второго света, заключенные в профилированные обрамления (в настоящее время окна заложены на обоих фасадах). На главном фасаде портик установлен на высоком, 6-ти ступенчатом крыльце. Площадка крыльца ограждена перилами чугунного литья 30-х гг. 19 в., с интерпретацией типичного для каслинских решеток мотива пересекающихся кругов или овалов: многократно пересекающиеся, вытянутые по вертикали, овалы в среднем поясе; образованный встречными пересечениями полукружий рисунок из вытянутых по горизонтали овалов и ромбов между ними в верхнем поясе; растянутые по горизонтали ромбы в нижнем поясе. Ступени и подступенки лестницы выполнены из гладких чугунных плит.

Архитектурное решение остальных фасадов основного корпуса лаконично. И на лицевом, и на дворовом фасадах стена прорезана высокими прямоугольными окнами без обрамлений, с подоконным карнизом: в центральной части – 6 осей (по три по сторонам от портика), на флангах лицевого фасада по 3 оси, на флангах дворового фасада на момент завершения строительства – в две оси, фланкирующие дверные проемы выходов с крыльцами. Также на момент завершения строительства, осям окон первого этажа лицевого фасада соответствовали небольшие прямоугольные лежачие окна цокольного этажа – на флангах в три оси, в центральной части – по оси средних окон. К началу 20 в. лежачие окна на флангах лицевого фасада были уже заменены на прямоугольные. Изначально на северном фланге дворового фасада цоколь был прорезан аналогичными лицевому фасаду тремя прямоугольными лежачими окнами, на южном фланге по центральной оси располагался дверной проем входа в цокольное помещение (кладовую) (заложен). Стена завершена слабопрофилированными подкарнизной тягой и венчающим карнизом.

Лицевой и дворовый фасады поперечных объемов решены идентично. Стена раскрепована, заглубленная средняя часть с завершением полуциркульных очертаний прорезает поле тимпана венчающего фронтона. В этой части размещены три прямоугольных оконных проема – крупный в центре и узкие по сторонам. Окна лишены обрамлений, единственный декоративный элемент – штукатурный веерный замок над центральным окном. По оси центрального окна – лежачий оконный проем цокольного этажа. На торцевых стенах поперечных объемов со стороны дворового фасада – по два окна . Стена завершена профилированной подкарнизной тягой и увенчана треугольным прерванным фронтоном с профилированным карнизом и прорезанным в тимпане слуховым окном с циркульным проемом в профилированном обрамлении.

Торцевые фасады здания на момент завершения строительства были решены различно. Композиция южного фасада была выстроена центрально-симметрично – построена на чередовании прямоугольных ниш и оконных проемов первого этажа. В настоящее время композиционная симметрия нарушена – на месте среднего окна и соседней справа ниши размещено крупное окно осевого коридора. Изначальные проемы цокольного этажа по осям окон первого этажа – заложены, пробит дверной проем. Согласно плану здания, зафиксированному в 1840 г. на северном фасаде по центральной оси изначально располагался выход из первого этажа в цокольный этаж. Впоследствиивероятно уже во второй половине 19 в. , была создана композиционная перекличка с южным фасадом – крупное окно осевого коридора и чередование прямоугольной ниши и оконного проема на флангах фасада. Вероятно, на рубеже 19 – 20 вв. было возведено существующее до настоящего времени высокое крыльцо из бутового камня (оштукатурено и окрашено). Впоследствии была прорублена еще одна дверь на месте правого, по отношению к двери, окна, и крыльцо было расширено (кладка из силикатного кирпича, вероятно, в 1970-е гг. Ступени крыльца – каслинского чугунного литья, с полукружьями двух нижних ступеней и шестью прямоугольными. Ступени с орнаментом низкого рельефа на лицевой поверхности, с доминирующим мотивом ромбов, скрепленных четырехлепестковыми цветами и отличающимся рисунком второй полукруглой ступени – с полукружьем многолепесткового цветка и расходящимися лучами в основании и вышеназванным мотивом ромбов по внешнему краю. Ограждение крыльца – ажурные решетки. В левой части – кованая секция с графичным ажурным плетением ромбов с включенными в них четырехлепестковыми цветами с волютообразными завитками. В правой – решетка из составных однотипных модулей, что становится характерным для каслинских решеток второй половины 20 в. Решетка состоит из прямоугольных звеньев с тонкой прорисовкой сложного вертикального плетения растительных форм по мотивам характерного для каслинских отливок «барочного» рисунка второй половины – конца 19 в.

Планировка интерьера госпиталя решена по коридорному принципу, при этом важную функциональную роль играли поперечные корпуса и фланговые объемы, в которых на противоположных концах здания, изолированно друг от друга, изначально располагались палаты мужского и женского отделений. Интерьеры подвергались перепланировке в течение 20 в. с сохранением исторической коридорной планировки – изменение расположения дверных проемов, установка дополнительных перегородок и т.п. В 1980 г. был проведен капитальный ремонт здания госпиталя, в ходе которого отопительные печи 19 в. были заменены батареями центрального отопления и, соответственно, над кровлей исчезли печные трубы (за исключением северного поперечного корпуса, в интерьерах которого сохранилась металлическая цилиндрическая печь и, соответственно, кирпичная труба над кровлей).
В первые десятилетия 20 в. перед главным фасадом госпиталя была поставлена кованая ограда на сплошном цоколе с протяженными сварными звеньями между квадратными в сечении кирпичными оштукатуренными столбиками. Рисунок простой, геометризированных форм – вертикальные прутья с частым ритмом, пересеченные крупными овалами (не сохранились).

В настоящее время установлена высокая ограда с прямоугольными секциями между металлическими столбиками, которая обладает легким ажурным силуэтом: в центральном поясе – тонкие вертикальные прутья с зеркально отраженными от вертикальной оси волютообразными растительными завитками, чередующимися в нижней/верхней части прута; в верхнем и нижнем узких поясах – небольшие квадратные модули по осям каждого второго прута с центральным цветком с диагонально расходящимися лепестками.

Здание госпиталя расположено в историческом центре Каслинского завода, сформировавшемся в середине – второй половине 19 в. и сохранившим свое значение до настоящего времени. Композиционными осями этого центра в широтном направлении выступают улицы Ленина и Революции, в меридиональном – улицы Советская и Коммуны. Госпиталь, расположенный на ул. Коммуны и прилегающий к композиционному узлу центра – площади с церковью Вознесения и Никольской церковью, является, таким образом, одним из ключевых композиционных и образных элементов центра. Стилевое решение здания госпиталя типично для периода высокого русского классицизма первой трети 19 в., как по принципам композиционного решения, так и в использовании ордерных форм, представляя стиль в его провинциальной интерпретации. Исток архитектурного образа здания связан с русской усадебной архитектурой этого времени, что было типичным явлением в решении небольших общественных зданий в регионах России . Также характерной чертой провинциальных интерпретаций столичных классицистических образцов является упрощение архитектурного решения, более лаконичная и сухая трактовка ордерных и декоративных форм. При этом ясно выявлено стремление следовать устоявшимся, воспринимаемым как образец, композиционным приемам, о чем свидетельствует, например, подчеркивание центральной оси имитацией мезонина без функциональной потребности в нем. Характерной особенностью общественной архитектуры именно уральских поселений-заводов и горнозаводских центров является применение чугунного литья для отдельных декоративных или функциональных архитектурных элементов (ограды, крыльца и др.). Здание госпиталя вписывается в ряд классицистических сооружений Урала первой трети 19 в., вероятно было разработано, наряду с другими сооружениями этого периода, в том числе госпитальными, в ведомстве Екатеринбургских горных заводов и может быть связано, таким образом, с кругом М.П. Малахова. Сложение его современной объемно-пространственной композиции и основных черт архитектурного облика, на основании вновь выявленных архивных документов, можно датировать 1829 г. Здание является редким хорошо сохранившимся памятником архитектуры русского высокого классицизма первой трети XIX в. в его провинциальном варианте в уральской горнозаводской зоне. На протяжении всей истории своего существования, вплоть до 2010-х гг. здание сохраняло свое функциональное назначение медицинского учреждения.



Фото: М.П. Мочалова



1978 год. Фото М.П. Мочаловой



Госпиталь. Общий вид с запада. Фото 1980-х гг.










2009 год



Своды цокольного этажа. Фото В.Д. Оленькова, 2010









2017 год



14 мая 2018 г. Фото Ю. Латышева






















Объект культурного наследия федерального значения «Здание госпиталя нач. XIX в.» имеет большой историко-культурный потенциал, обусловленный рядом причин:

1. Здание является частью комплекса исторической застройки Каслинского завода (совр. г. Касли)
2. Объект является едва ли не самым старым из сохранившихся на территории области зданий, построенных специально как больничное сооружение (лазарет/госпиталь) и с ним связана более чем полуторавековая история развития медицинского дела на южноуральских заводах.
3. Здание является редким хорошо сохранившимся памятником архитектуры русского высокого классицизма первой трети XIX в. в его провинциальном варианте в уральской горнозаводской зоне.
4. Здание сохраняло свое функциональное назначение общественного на протяжении всей истории эксплуатации, что позволяет использовать его и в дальнейшем как здание общественного назначения.
5. Являясь значимым объектом в структуре застройки города-завода и органичной частью его истории, а также представляя редкий для Южного Урала памятник архитектуры классицизма первой трети 19 в., здание обладает значительным туристическим потенциалом.

Источник: Конышева Е.В., САмигулов Г.Х. Проект предмета охраны объекта культурного наследия федерального значения «Здание госпиталя нач. XIX в.», расположенного по адресу: Челябинская обл., г. Касли, ул. Коммуны, 59. - Челябинск, 2017

Tags: Касли, объект культурного наследия
Subscribe

  • Нерешающий или нерешительный совет

    Сегодня состоялось заседание научно-методического совета при госкомитете охраны ОКН Челябинской области. Впервые с ноября 2018 года! К сожалению, из…

  • Старый квартал

    Квартал старых домов между улицами Российской, Миасской, Красноармейской и Нагорной оказался последним в Челябинске относительно нетронутым за…

  • Арка на площади: проход без проезда

    Омский эксперт Удина в очередной раз показала свою продажную сущность, одобрив недопроект явных врагов культурного наследия Челябинска — неких…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments